В гостиной, которая от других комнат отличалась только тем, что стены ее были выштукатурены и выбелены, все чинно расселись на диване и около дивана. Над диваном висели два родственные портрета без рамок, измалеванные крепостным живописцем и загаженные мухами. Перед диваном стоял неизбежный круглый стол.
- Вы, верно, прозябли в дороге, - сказала Олимпиада Игнатьевна, обращаясь к гостям, - какая погода-то!.. не прикажете ли горяченького?.. Наташа! Вели скорей ставить самовар.
Наташа выбежала из комнаты.
В девичьей она бросилась на стул и в первый раз свободно вздохнула.
Девки обступили ее.
- Вот, сударыня, - сказала одна из них постарше, - бог нам дал нежданных гостей. Ишь какие два молодчика прикатили, - чай, сердечко-то, матушка, у вас так и ёкает теперь.
- Ах, Аннушка, Аннушка! - проговорила Наташа.
- Ну, что охать-то, сударыня? Братец-то какой добрый: женишка нам привез…
Девки засмеялись.
- Какой вздор, перестань, Аннушка!