— Не бойтесь, княгиня, вы будете отмщены. Мщеніе со мной, я ношу его на груди моей… — Онъ вынулъ изъ кармана заряженный пистолетъ и брякнулъ роковою сталью о столъ.
— Дайте мнѣ напиться его кровью… Я хорошо умѣю стрѣлять въ цѣль. О, рука не измѣнитъ мнѣ, наводя на него дуло этого пистолета… Произнесите одно слово, благословите меня въ послѣдній разъ, можетъ быть, въ послѣдній… Кто вѣдаетъ волю Провидѣнія?.. То будетъ благословеніе отца, благословеніе матери, благословеніе любящей женщины. У меня нѣтъ никого, кромѣ васъ, княгиня…
Уста ея не шевелились.
— Ты молчишь, Лидія! Заклинаю тебя, произнеси же одно слово, только одно слово…
Онъ упалъ на колѣни предъ нею.
— Вѣдь это кровавая, адская клевета? Вѣдь онъ не смѣлъ…
Юноша скрежеталъ зубами, плакалъ безъ слезъ, распростертый у ногъ ея.
Въ смертной тиши безмолвія послышался звонъ колокольчика въ швейцарской…
— Это онъ, — произнесъ Викторъ вставая; лицо его было покрыто пятнами.
— Одно слово! одно слово!