Вскоре в рабочем движении началось заметное оживление. Рабочие стали собираться с силами. Уже в 1911 году число стачечников по всей стране превысило 100 тысяч. Особенно сильный подъём революционной борьбы пролетариата был вызван событиями на далёких золотых приисках Ленского золотопромышленного товарищества в Сибири.
Прииски находились в глухой тайге, в 1 700 километрах от железной дороги. Выбраться оттуда можно было только во время навигации по реке Лене. Условия труда рабочих определялись кабальным договором. Рабочие не могли до окончания срока найма бросить работу, но могли быть уволены в любое время. В счёт заработка рабочим выдавались продукты самого низкого качества. Рабочий день по договору определялся в 10–11 часов, но по произволу администрации он часто удлинялся.
Золотопромышленники, руководившие Ленским товариществом, чувствовали себя в тайге настоящими владыками. Управляющего промыслами Белозёрова называли «некоронованным королём тайги».
Каторжные условия труда, задержка выдачи заработной платы, продажа гнилых продуктов втридорога, насилия и самоуправство администрации и полиции вызывали неоднократные волнения рабочих.
В конце февраля 1912 года на одном из приисков, где положение рабочих было особенно тяжёлым, началась забастовка. Поводом послужила выдача рабочим тухлого конского мяса. Возмущённые рабочие начали стачку и послали своих депутатов на другие прииски. 27 марта стачка стала всеобщей. Она проходила дружно и организованно. Однако, несмотря на её мирный характер, на прииски был послан большой отряд солдат. Стачечный комитет был арестован за «подстрекательство» рабочих к стачке. 4(17) апреля 1912 года 3 тысячи рабочих подписали заявление, что они забастовали сознательно, без какого бы то ни было подстрекательства. С этим заявлением рабочие направились к прокурору на Надеждинский прииск требовать освобождения своих депутатов.
Морозным утром 4 апреля длинные вереницы рабочих потянулись к Надеждинскому прииску, сливаясь возле него в одну длинную чёрную ленту, растянувшуюся на три-четыре километра. Шли лесами, меж сугробов, по узкой дороге, с которой некуда было свернуть. По одну сторону был обрыв к реке Бодайбо, по другую — штабели сложенного леса. Неожиданно рабочие увидели солдат в полной боевой готовности, выстроенных поперёк дороги. К рабочим вышел инженер Тульчинский, уговаривая их разойтись. Передние ряды приостановили движение. Но трёхтысячная толпа, растянувшаяся по узкой дороге, продолжала двигаться, напирая на передние ряды. Тогда полиция и войска начали стрелять. 250 рабочих было убито, 270 ранено.
Новое кровавое злодеяние царского самодержавия вызвало единодушное возмущение рабочих.
Ленские события нашли отклик по всей стране. Начались повсеместные стачки. Забастовало около 300 тысяч рабочих. Ленин указывал, что теперь рабочие выступают на борьбу не за отдельные права, а против общего бесправия народа. «Именно это общее бесправие русской жизни, именно безнадежность и невозможность борьбы за отдельные права, именно эта неисправимость царской монархии и всего ее режима выступили из ленских событий так ярко, что зажгли массы революционным огнем», — писал Ленин.
Подчёркивая историческое значение ленских событий, товарищ Сталин писал в большевистской газете «Звезда»:
«Ленские выстрелы разбили лёд молчания, и — тронулась река народного движения.