— Лодки «Пятьсот три»? Нет, не знаю.
— Да, вы ведь, кажется, недавно на флоте?
— Я был корреспондентом на сухопутье. Совсем недавно пришел на корабли.
— Ясно, — сказал Ларионов. Он задумался, нахмурился, взял новую сигарету. — Ну, неважно, это не меняет дела... Дело в том, что я был помощником командира лодки «Пятьсот три», а Ольга Петровна — жена бывшего командира лодки.
Он говорил по-обычному размеренно и негромко, как о совсем незначительных вещах, но, уже присмотревшись к этому человеку, Калугин понимал, как волнуется капитан-лейтенант. Сделав одну глубокую затяжку, Ларионов притушил сигарету об извилину китового уха, смял сигарету, стал тщательно выбирать другую.
— Дело в том... — прежним бесстрастным тоном сказал Ларионов. — Бывший командир лодки Борис Крылов погиб в боевой операции в первые дни войны. Он был лучшим моим другом... так же, как его жена Оля. И случилось так, что она считает меня виновником гибели Бориса.
Он помолчал, дымя сигаретой.
— Оля не спит по ночам, — с болью в голосе сказал Ларионов, — уже много месяцев... Мне говорили... Я сам видел ночью щелки света в ее окне... Она до сих пор дожидается мужа...
Облокотясь на стол, несколько секунд он просидел неподвижно.
— Если не скучно, расскажу вам эту историю, так сказать, для ясности картины.