Вот что было, между прочим, в этом письме:
«В Британии существует общество Фарадея, в Германии — общество имени Бунзена, в разных странах имеются линнеевские общества!.. Я уверен, что накопил больше денег, чем Фарадей, Бунзен, Линней и многие другие знаменитости, вместе взятые. Однако никакое общество не признает для себя почетом начертать мое имя на своем знамени… В Ныо-Йорк-Сити существует „Зал славы“. Недавно в этом зале установлен бюст Дж. У. Джиббса. Без всякого сомнения, я зарабатываю за одну неделю больше денег, чем Джиббс зарабатывал за год. Если в „Зале славы“ установлен бюст Джиббса, там должно быть, по крайней мере, пятьдесят два моих бюста…»
Столичный бизнесмен — он проживает в Вудсайде на Лонг-Айленде — негодует напрасно. Ему просто временно не повезло, но ручаться, что его бюста не будет в «Зале славы», никак нельзя. В «Истории электричества» много имен людей, считающихся прославленными деятелями науки, хотя их связь с наукой заключается только в ловкой эксплуатации чужого гения, чужого открытия. Эти люди сумели при помощи электричества сделать «бизнес» — значит, по мнению авторов «Истории электричества», они заслужили вечную славу.
История первых попыток человечества познать сущность электрических явлений и применить их на практике мало интересует авторов. С необычайной легкостью перепрыгивая через столетия, они спешат ко второй половине XIX века, то-есть к тому времени, когда бурное развитие капитализма поставило США в первые ряды капиталистических хищников.
Американские «историки» грабят все нации: в «Истории электричества» на глазах у изумленных читателей идет ограбление и французской, и немецкой, и английской, и итальянской науки. Но особенно бесцеремонно гангстеры пера действуют, когда дело касается ученых нашей страны. Между тем, каким кратким бы ни был любой исторический обзор, он немыслим без освещения вклада русских электротехников.
В историю мировой науки прочно вошли имена деятелей русской науки, создателей ряда основных разделов современного учения об электричестве. Глубочайшее негодование охватывает каждого человека, сталкивающегося в «Истории электричества» с таким фактом, как зачеркивание всей деятельности в области электричества великого русского ученого М. В. Ломоносова.
В трудах Ломоносова и его друга Рихмана, трагически погибшего во время опыта с молнией, была впервые разработана теория атмосферного электричества, которая составляет основу наших сегодняшних научных представлений в этой области. Ломоносов и Рихман положили начало количественным экспериментальным исследованиям электрических явлений, используя созданный ими первый в мире электрометр. Уже в то время эти работы были известны мировой научной общественности, сообщения о них широко публиковались Петербургской академией наук.
Авторы немало поусердствовали с целью подтасовать даты открытий, намеренно искажая их результаты. Кое-когда идя на «жертву» и упоминая о русских ученых, они заранее рассчитывают, чем компенсировать эту «жертву». Так, упоминая о классическом трактате члена Петербургской академии наук Эпинуса «Опыт теории электричества и магнетизма», «История» замалчивает открытие Эпинусом электростатической индукции и электростатической поляризации диэлектриков. Эти работы были продолжены и развиты большой группой других выдающихся русских ученых, постоянно называвших имя Эпинуса в своих работах. Крупнейшие западноевропейские физики тех лет — Кэвендиш, Кулон, Вольта, Лаплас — неоднократно с восхищением отмечали выдающееся значение разработки Эпинусом вопросов электростатической индукции и электростатической поляризации диэлектриков.
Свыше пятидесяти лет назад была восстановлена правда об открытии электрической дуги русским академиком Василием Петровым, а американская «История электричества» обманывает своих читателей, приписывая это изобретение Г. Дэви.