— Отбивать у японцев, — сказал Ю.
— Командир, этого мало, и это не всегда под рукой.
— Тайно покупать в городах.
— Командир…
— Хорошо. Мы будем их делать сами, не о чем разговаривать.
Через два месяца он получил три сотни консервных банок.
Коробка «сардин» взрывала железнодорожное полотно на пространстве пятнадцати метров, но для мостов он предложил «ананасы» в банках по полкило и «маринованные огурцы» в банках по пяти кило. Получив бомбы, Ю разработал маленькое железнодорожное сражение под Нингутой и, забрав шесть поездов с бобами, два вагона пшеницы и сто пятьдесят тысяч патронов к винтовкам, был занесен японцами в особые списки, а человек, поймавший его, мог получить десять тысяч иен.
Теперь Ю Шань предлагал Тану план железнодорожной войны от Хингана до моря.
— Я отрежу японскую армию от ее портов, — говорил он. — Для этого я разрушу мосты и тоннели Корейской дороги. Я ударю по японским деньгам; разрушив линию Фушун — Дайрен, дорогу угля. Я отрежу японцев от моря и уничтожу пути между городами. Я заставлю японцев пройти по нашей стране своими ногами, и тогда все дороги поведут к смерти.
Тан улыбнулся, сказал: