Он слез со своими людьми на станции Наньян и пешком двинулся обратно на запад, в сторону Гирина.
Поденщики требовались, куда ни зайди. Они работали артельно на разработке карьеров, укладывали шпалы, разгружали вагоны и так пришли к станции Хаербалин, где и остановились на долгий срок.
В Хаербалине Ю разделил партию на три части и послал две взорвать Хаербалинский тоннель, а сам с третьей частью взял на себя большой и красивый тоннель Людохэ.
Ближайшей ночью две первые партии поползли в тоннель. Первым полз человек из Синьцизинского комитета партии, имя его неизвестно. Он принял на себя выстрелы часового, ответил на них броском ручной гранаты и пропал в темноте.
К тоннелю приближался пассажирский поезд из Сейсина. Услышав выстрелы, машинист дал контрпар, вагоны, скрежеща колесами, остановились в самом начале тоннеля. Трое немедленно бросились к поезду и под вагонами пробрались к паровозу, проползли внутрь тоннеля и бросились бежать изо всех сил в глубь его, чтобы заложить бомбы подальше от входа.
В это время камень тоннеля раскатисто ахнул, и они поняли, что первый парень заложил и взорвал мину.
Повидимому, никакой боли никто не чувствовал, и смерть наступила вместе с окончанием мысли, но взрыв бомб в их умирающих руках был ужасен. Тучи едкого голубоватого дыма с летящими осколками камней вырвались из тоннеля, схватили и поставили паровоз на попа, качнули состав назад и подняли высоко в воздух будку часового и нити телеграфных проводов. Они летели по воздуху, свистя, как перепуганные журавли, или чудовищными кнутами, взвиваясь, хлестали землю.
Ю с двумя товарищами находился в это время перед тоннелем Людохэ. Наутро он уже знал, что произошло. Тоннель был поврежден, но не уничтожен.
Когда несчастье в Хаербалине забылось, Ю запрятал в своды тоннеля Людохэ восемь мин замедленного действия и две мины у входов в тоннель с обоих концов, а три «ананаса» заложил в глубокий шурф под тоннелем. Приехав в Гирин, он прочел в газете об ужасной катастрофе — взрыв тоннеля вызвал оползни, дорога исчезла под съехавшей горой. Там, где вчера ходили поезда, стояла новая гора. Это произошло в конце октября, когда на Фушунских копях началась забастовка.
Поезда на Дайрен, к морю, прекратились. В первый день забастовки в Дайрене произошло два неожиданных взрыва — на угольном складе и на военной пристани. Их никто не ожидал. Выпущенное в воздух, как птица, восстание началось. События стали обгонять друг друга в еще не объяснимом и непредвиденном порядке.