— А я вас и не заметила, — сказала она, хмурясь и улыбаясь. — Здравствуйте. Мама велела вас проведать. Прислала кое-чего, возьмите.
Узелок на мгновение повис в воздухе. Потом она, покраснев, опустила его наземь и без приглашения присела на краешек топчана, не решаясь взглянуть на Воропаева.
— Вот какие дела, — произнесла она, продолжая хмуриться и улыбаться, — заболели-то как, а?
— Что там Корытов, не ругается? — выручая Лену, спросил Воропаев.
Ответ поразил его.
— А не знаю, — сказала она, легонько махнув рукой. — Я ему не сказала, что к вам собираюсь. Еще что подумает, ну его.
— Ну, а как с домом, как Софья Ивановна?
И не успела она ответить, он понял, что и мать не знает о ее поездке.
— Ах, — произнесла она недовольно, — мама всегда что-нибудь такое придумает… Вертится, в общем… А знаете, кто вас вспоминает? Стойко, председатель колхоза, — помните, без одной руки, высокий такой… Очень понравились вы ему.
Воропаев вспомнил ночь у костра, дележ домов и высокого красавца без руки.