— От кого же вы узнали, что я заболел?
— В райкоме узнала. Виктор Огарнов приезжал, рассказывал. От Широкогорова два раза звонили. Мама расстроилась через вашу болезнь.
— Боится, что брошу дом?
— Ага, боится.
— А вы?
И тогда она впервые подняла на него свои внимательные глаза.
— А мне чего вас бояться. Я только то вам хотела сказать, что я перед вами виновата, — подумала тогда на вас, что вы за дармовыми дачами к нам приехали…
Воропаев хотел что-то возразить ей, но она удержала его.
— Не обижайтесь на меня, я на язык злая бываю. Всякое вижу.
— А на самом деле вы, должно быть, очень добрая, Лена, добрая и ласковая. Вот взяли да и приехали ко мне. Или пешком пришли? Вот это друг. Дайте-ка я пожму вашу руку. Неужели все-таки пешком?