— Да, подъем просто удивительный, — согласился и Румерт, а уставшая от энтузиазма Татьяна молча потрясла в воздухе рукой.
— А ты не слышал, Петя, где сейчас профессор Корженевский? — поинтересовался Сергей Львович.
— Ну, там же, на БФК. Где ему быть? И Корженевский пошел!
— Да я же тебе говорю, Сергунька, все, все там! — воскликнула Татьяна теперь уже с положительным отчаянием, будто эти все, о которых она восклицала, давно опередили их, Анисимовых, и тем самым обидели до глубины души. — Это — гигантское дело. Мы — тыл, Сергей. Понимаешь, глубокий тыл.
— Очень красивый дело получается, — грустно улыбнувшись, сказал Шарипов. — Все народ, как пьяный, аллах билса[13]. Наша социализма еще такой случай не был. — Он раздраженно почесал лоб и сдвинул на затылок тюбетейку.
— Пойду Цека, Юсупов поговорю.
Татьяна горячо поддержала его:
— Конечно! Разве можно упустить такой случай?
Ольга робко произнесла:
— Сергей Львович, научите, к кому мне обратиться, я бы с великим удовольствием.