И пошла от листка к листку до последних тутовниц за аулом, чтобы подобрать бумажный след и сказать себе, что Нур ушел в пустыню и что она одна, наедине с жизнью.
4
В ночь прибытия на холмы Чеммерли, где стоит серный завод в центре пустыни, сидели они кружком, все уцелевшие манасеинцы, и повествовали о своих приключениях командиру выручившего их эскадрона.
Командир вертелся от интереса к рассказу, и шпоры его дрожали наперегонки с сердцем.
— Тьфу, дурачье, — шептал он, — какое седло упустили.
Следователь Власов, отписав допросы, спал у огня. Он поднялся на шопот.
— Чвялев! Как, ты здесь, чорт проклятый?
— Да Нури меня перепутал, — равнодушно и недовольно сказал командир, не здороваясь. — Захотелось мне Магзуму шишку сбить, вот что. Да ты слушай, слушай, какие дела у них заведены были! — закричал он на следователя и отвернулся к Елене — рассказчице.
— Едем завтра в Ашхабад, — сказал следователь, вставая, и спросил: — Ты, что ж, в Кисловодск не ездил?
— Покуда Магзума ловил, все сроки прошли.