— Да, безобразие, — безразлично сказал Вегенер. — Ты распорядился там?
— Все устроено, капитан. Завтра я сам найду другого сторожа.
— Отлично. Надо бы выпить, Рихард.
— Темная ночь, капитан?
— Да, чорт бы побрал. Висит над головой, как снаряд замедленного действия, висит — и не знаешь, когда он падет на твою несчастную голову: сейчас, завтра или, может быть, никогда.
— Психопатия заразительна, капитан. Я тоже начинаю бояться ночи, — сказал Штарк, стоя на коленях и держа в зубах конец веревки, которой он перевязывал пакет.
— Убирай поскорее всю эту ерунду, Рихард, и давай выпьем, хорошо поедим и хорошо выпьем. Мы, что же, остались без сторожа?
— Оказывается, он был учителем, — сказал лейтенант, быстро завязывая второй пакет. — Я подозреваю, что в сторожа он определился с особыми целями. Но сейчас это уже не имеет значения. Я кончаю. Одну минуту…
Капитан сел к столу.
— Бочаров только что привез тело Коростелева. Его опознало человек тридцать — сомнений нет, это он.