«Заснули, — недовольно подумал Сергей, — а за машинами теперь я наблюдай, самый маленький, будто я сам не хочу спать. Я, может быть, еще больше хочу, чем они…»
И стал, как часовой, взад и вперед прохаживаться вдоль колонны, трогая рукой горячие крылья и скаты и тихонько посвистывая для смелости.
— Палку бы надо с собой взять, — пришло ему в голову. Очень пригодилась бы».
Дома как раз была такая, очень удобная, палка, которой мама всегда выбивала тюфяки и одеяла, и теперь она там зря стоит за дверью кухни. Многие из их вещей после смерти мамы как-то ни к чему нельзя было приспособить…
На улице раздались шаги. Громкий и, как показалось Сергею, злой голос спросил из темноты:
— Это кто тут? В чем дело?
У Сергея перехватило дыхание. На всякий случай, он поднялся на подножку отцовой машины и потянулся рукой к сигналу.
— Грузовики… на уборку, — сказал он, вглядываясь в подходившего человека.
— А-а, это хорошо, — тотчас же раздалось в темноте уже гораздо добрее, и чья-то грузная фигура обозначилась рядом. — Это замечательно! Сколько?
— Три полуторки, две трехтонки.