— Э-э! Что делают! Что делают! — раздается в народе. — Миллионеры дерутся!
Хамдам стоит в отдалении. Лицо его печально и серьезно.
Слепой старик, может быть нищий, ведомый старухой, торопливо входит на площадь.
— Что решили? — спрашивает он, натолкнувшись на Хамдама.
— Отец, я человек новый в этих местах.
— Голос твой что-то помню… Хамдам?.. — И слепой, отшатнувшись, стремится прочь.
Подслеповатый басмач и ишан наблюдают за сценой издали.
— Связь установил, — коротко замечает басмач. — Большое дело будет. Он знаешь, какой человек? В Соловках был. На «Волга — Москве» был.
…Возбуждение нарастает.
К тщедушному председателю колхоза «Руки прочь», сидящему в чайхане со стариком в фетровой шляпе, подбегает комсомолец.