В течение почти всего ноября 1942 года партизанам никак не удавалось проникнуть к железнодорожной линии, но в конце месяца храбрейшие разведчики под командой Мусьяченко все же проникли в тыл немцев и, пробыв там не более не менее как суток сорок, выяснили всю систему новой охраны дороги. Немцы теперь пускали поезда со скоростью пяти километров в час, впереди поезда пускали две или три платформы с балластом, а впереди и позади паровоза — по бронированной платформе с пулеметами. Поезд шел под конвоем мотоциклистов.
За взрыв двух эшелонов немецкое командование расстреляло охрану пути, начальника участка, команду бронепоезда и конвой поезда. Все эти меры возымели свое действие — пробиться к пути было почти невозможно, и все-таки отряд, названный сейчас отрядом братьев Игнатовых, не хотел мириться с таким положением.
Мусьяченко и Еременко переконструировали мины и в конце декабря все-таки взорвали эшелон в шестьдесят четыре вагона, разбив десять танков, тридцать шесть орудий, десять тяжелых автомашин и убив четыреста шестьдесят да ранив девятьсот пятьдесят немцев.
Двадцать седьмой операцией отряда имени братьев Игнатовых было возвращение в Краснодар. Здесь и узнали вскоре, что обоим братьям Игнатовым присвоено звание Героев Советского Союза.
Но еще до того Кубань увековечила своих доблестных сыновей, присвоив их имена школам, улицам, институтам, чтобы люди ходили улицею Игнатовых, учились в школе Игнатовых и трудились на производствах их имени, чтобы слава братьев-партизан никогда не уходила из живой жизни на освобожденной кубанской земле.
1943
Бакинцы
Шло сражение.
Противник полз на восток, его остановили на линии Терека.
Была ли это короткая передышка перед новым его ударом, или полное изнеможение, предшествующее разгрому, установить было пока невозможно. Закопавшись на мокрых косогорах Ингушетии, на пустых берегах Терека, сражение замерло. Оно дышало неровными вздохами, как водолаз, которому не хватает воздуха.