«Мы никогда не будем наемниками американских империалистов! — заявили они. — Янки, гоу хоум! Уходите домой!»
Перед нашими глазами проходил сильный и волевой народ, решивший построить свою жизнь по-новому — ради интересов большинства. Перед нами проходило поколение, какого еще не было в Германии. Ему, этому поколению, предстоит построить невиданную доселе демократическую страну. Француз Мишель Дебони, бывший на слете, сказал: «Я видел, как рождается нация!»
Что-то скажут обо всем виденном американские, английские и французские газетчики?
Кстати, один из американских журналистов обратился на трибуне к очень популярному на западе Германии левому политическому деятелю с явно провокационным вопросом:
— Скажите, пожалуйста, когда предстоит штурм Западного Берлина?
— Ах, вы знаете, дорогой мой, — как можно небрежнее ответил тот, — у нас такая огромная программа, не знаем, как уложиться. Сейчас парад, после него футбольный матч Германия — Чехословакия на стадионе «Митте», потом ансамбль Моисеева в Трептов-парке и концерт польских детей в Панкове, потом соревнование атлетов… Вздохнуть некогда…
И огорошенный американец замолчал, поняв явную неуместность своего вопроса.
Колонны сменялись колоннами почти без пауз. Демонстрация длится уже четыре часа и займет, вероятно, еще не меньше трех.
Я покинул трибуну, чтобы походить среди народа, прислушаться к разговорам, присмотреться к лицам. Сегодня меня особенно интересовал неорганизованный зритель, берлинец-одиночка. Я хотел поговорить с человеком, жившим в одном из западных секторов. Но как его обнаружить в этом взбаламученном море восторга и волнения? Может быть, это он аплодирует безработным Рура, проходящим мимо трибун с поднятыми и сжатыми в кулак руками — приветствием «Рот фронт»?
Или, может быть, это он во весь голос кричит: «Хох!», видя проходящую колонну земли Бранденбургской с широким плакатом: «Мы — соседи поляков. Линия Одер — Нейсе — линия мира».