— Да, да, после объясню. Где Савельев?
— А они еще у Абдурхманки в кабинете сидят, чай пьют. А меня послали сюда караулить.
— А женщина проходила?
— Так точно. Прошла одна. Кажись та, что обыск делала.
— Ну, хорошо. Я сейчас пройду на улицу. А ты маленько обожди и эдак через четверть часика доложи его благородию, что все в порядке. Пусть немного погодя выезжают. Понял?
— Так точно. Слушаюсь.
Полетел я стремглав по двору, чуть в бассейн не угодил. Подошел к последним воротам. Смотрю, опять кто-то караулит. Поставили они тут караулы на мою голову. А я только в бурке, а под ней кальсоны. Вот оказия!
К счастью, это Ахметка оказался.
— Куда же ты пропал, еловая голова.
— А ты чего ругаешься. Ты же узелок с одеждой у ворот забыл, я за ними и побежал, а когда вернулся, вижу у ворот ваш казак стоит, Пошивайла. А он бы меня не пропустил, подумал бы, что я с ханом заодно. Понимаешь.