Но если мы найдем в себе достаточно силы немного задуматься над такой встречей, то становится ясной их связь с прошлым. Иногда можно даже дерзнуть и добавить: и с будущим тоже… Каждая такая встреча — окончание рассказа, начатого когда-то и брошенною.
Мой знакомый — киноактер, уже стареющий, но еще способный увлекать… на экране. Благородный любовник во фраке. Мы столкнулись с ним на вокзале, за полчаса до отхода поезда, с которым он уезжал за границу.
Мы уселись в вокзальном буфете и заказали себе ужин. Передо мной сидел усталый человек. В нем не было ничего прежнего — до его кино-карьеры — и ничего экранного. Ни великолепных жестов, наигранных эффектных поз и всего того, что пленяет экспансивных девиц. Хорошо одетый, слегка седеющий человек с громким именем и катаром желудка.
— Я слышал о тебе от барона Ферзена, — сказал он едва прикоснувшись губами к бокалу пива. — Ты пишешь. Не буду тебя уверять, что я читал что-нибудь твое, я вообще ничего не читаю. О чем ты пишешь?
Я пожал плечами…
— Обсасываю прошлое, как старый, но милый леденец.
— Прошлое!
Он отодвинул от себя тарелку и задумался, опустив голову. Через минуту поднял ее и сказал слегка изменившимся голосом.
— Ты помнишь нашу последнюю осень в Смоленской губернии?
Я кивнул головой. О, конечно, разве я мог забыть о ней! Такие дни не забываются!