А между вазой и бокалом с серебряной крышкой стояла узорная, из блестящих металлических планок вышка.
Люда открыла рот и высунула кончик языка.
По узкой прямой лесенке на вышку поднимались пловцы в красных шапочках и трусах; внизу, в бассейне, плескалась настоящая вода. У отгороженной цветным шнурком дорожки стоял маленький судья с флажком. А на вышке, раскинув руки, приготовилась к прыжку тоненькая загорелая девушка. Пальцами ног она касалась выступа, с него в воду сбегали две нитки. Сейчас она взмахнёт руками — раз! — и прыгнет в воду.
Люда потянулась и громко вздохнула. Нитки колыхнулись, как будто попросили: «А ну дёрни, дёрни разок!..»
Люда подумала, стала на цыпочки, набрала ртом воздуха… и изо всех сил дёрнула за одну нитку.
Р-раз!
Девушка вытянулась всем своим загорелым телом, скользнула с вышки; вышка задрожала, качнулась. Судья махнул флажком; маленькие пловцы один за другим посыпались куда-то вниз. А на полу у Людиных ног сверкнула вода…
От неожиданности Люда зажмурилась. Потом открыла глаза. Вышки на месте не было. Тихо-тихо дозванивали металлические планки — они горкой лежали на полу, прикрывая упавших пловцов.
Люда оглянулась. Из зеркала на неё смотрела испуганная девчонка. Люстра под потолком качала головой. А большие часы на письменном столе — они всё видели! — сердито пробили: «Бумбом-бим-бам!..» И ещё один раз, как будто сказали: «Н-да!..»
— Мама! — позвала Люда.