— Ага, допрыгались! С милицией, значит. То-то мамаше радость! За дело, стало быть…
Глеб хотел объяснить, что случалось, но вспомнил, как сердитый дворник на расспросы о Люде ответил: «Знать ничего не знаю, не видал!», и махнул рукой.
За углом милиционер посадил их с Гандзей в троллейбус, вскочил сам.
Гандзя ничего не спрашивала, только ёжилась и смотрела на всех испуганными глазами. Глеб, стиснув зубы, молчал тоже. Что же говорить? Надо дело делать.
Дворник
В девять часов вечера дворник, как всегда, перед тем как уйти дежурить на пост, зашёл в контору домоуправления. Проверил, приготовлена ли на завтра домовая книга, налил в графин чистой воды; бормоча что-то, выбросил из пепельницы окурки.
Тут-то как раз и раздался резкий телефонный звонок.
— Слушаю вас, — сказал в трубку дворник, перегибаясь через стол.
— Домоуправление шестьдесят четыре? Говорят с вами вот по какому делу: у вас в доме проживают жильцы по фамилии Питровых?
— Какой фамилии? Слыхать плохо.