— Пожалуйста, пожалуйста, — сказала она через минуту, щёлкнув замком, и Глеб высунул из двери нос.
Посреди коридора, растопырив рукава меховой шубки, стояла маленькая девочка и хмурыми чёрными глазами разглядывала стену.
— Гандзя, — громко и нетерпеливо сказала она, — развяжи мне шарф! Мне здесь не нравится.
Узел побольше подошёл к ней, из него выглянули два глаза, и Глеб услышал:
— Шарф я уже развязала. И, пожалуйста, не начинай командовать, слышишь?
— Не слышу, — ответила девочка. — Мне здесь не нравится. Я хочу домой.
— Проходите, проходите, — повторяла в передней Ольга Ивановна. — От ваших комнат ключи на стенке. Мы даже соскучились одни в нашей новой квартире…
За Ольгой Ивановной по коридору шёл высокий человек. На нём была чёрная мохнатая куртка, длинные, с ремешками сапоги, а шапку, тоже мохнатую, он нёс в руках. И ещё Глеб успел заметить, что у него была чёрная, будто приклеенная борода и круглые запотевшие очки.
Новые жильцы
Когда Глеб прибежал из школы, на столе под чайником белела записка печатными буквами: