— Новенькие, новенькие, — заторопилась старушка. — Наши, должно, городские. Такие хорошие! Одну с Филей привезли — на рынке потерялась, другую из Сокольников. А мамы-то, небось, ищут! Ничего, ничего, найдут.
Девочки попробовали снова зареветь — ничего не вышло. Тогда милиционер сказал:
— Петровых Анна Геннадиевна, глядите хорошо: не ваша сестрёночка? — и осторожно повернул Гандзю за плечики сперва перед одной девочкой, потом перед другой.
— Н-нет. Нет. — Гандзя мотнула головой.
Девочки были: одна беленькая, другая чёрненькая, как жучок, с размазанными по розовым щекам слезами.
Старушка сказала:
— Сродственницу свою ищете? Ай-ай-ай! Ну, может, и у нас. Вместе идёмте, в шестом малыши.
Они снова зашагали вперёд: две девочки, за ними старушка, Глеб и Гандзя, за ними милиционер.
Шестой корпус
Чёрненькая девочка посмотрела на Глеба, проглотила слёзы и сказала: