Она засмеялась, посмотрела на дворника и спросила.
— Да что же не зайдёте? Мне и про вас рассказывали. Глеб, тащи из кухни ещё одну табуретку. Попьёте с нами чайку, и мы правда попросим вас отнести на телеграф ответ, что всё, всё в порядке! Пойдёмте!
И дворник скинул тулуп и, шагая за Ольгой Ивановной, громко и радостно сказал:
— Всё в порядке!
Луна спряталась.
Большие, яркие звёзды горели над городом. Ночной ветер покачивал подвешенные вдоль переулка фонари — тогда по снегу пробегали светлые пятна и снова ложилась густая тень.
Погасли последние освещённые окна домов, затихли редкие автомобильные гудки, грохот поздних трамваев.
Только иногда бесшумно проезжал за углом одинокий крытый грузовик с большими буквами «ХЛЕБ», вскрикивали где-то у вокзалов паровозы да зажигался и гас над дальними заводами синий свет электросварки.
В переулке и у ворот было тихо.
Дремал тёмный многоэтажный дом с подъездами и магазинами. Пусто было на подметённом и прибранном дворе.