— На нас — никакого внимания.
— Нет, смотрит. Машет хвостом.
— Глаза очень оригинальные, — сказала Соня. И непонятно было — хорошо это для лошади или плохо.
Пока мы обсуждали новую лошадь, в конюшню вошел старик-киргиз.
— A-а, кызляр! Аман-ба![4]
— Аман, аман! Здравствуйте! Это чья лошадь, ваша?
— Моя. Якши ат[5], хорошая? Нравится?
— Да, ничего себе. Только мы не об этом. Мы хотим знать, где наш Чубарый.
— Чубарый?
Киргиз свистнул, махнул рукой и сказал со вкусом: