Юля оглянулась на нас.
— Айда по старой! — махнула рукой Соня.
И в тот момент, когда докторские сани проскакали вперед, мы резко повернули, провалились в сугроб, выбрались на старую дорогу, ахнули вниз и вылетели наверх под самым носом у гнедых.
— Ой-ой! — вырвалось у киргиза-кучера. — Кондай яхши! (Вот так здорово!)
Теперь только не пропустить их в узком повороте у реки. Сзади слышны удары кнута. Это докторский кучер в сердцах хлещет по гнедым. Наш Чубарый мчит впереди вдоль самого берега. И вон уж виднеются каменные столбики.
Последний поворот.
Р-раз!..
Сани сильно накренились, раскатились, мы, как горох, посыпались на лед.
Падая, я видела, как мелькнули гнедые. И тяжело дыша, стали у финиша[11].
Вытряхнув нас, сани выпрямились. Юля сильно ударилась, но осталась в санях. Она выехала на дорогу, остановила Чубарку и сконфуженно глядела, как мы, прихрамывая и потирая бока, подбирали шапки и книжки.