— От Чубарки от нашего. Он все это с удовольствием ест.
Мы забирались на кручи, в самую отчаянную глушь, и всегда у нас была твердая уверенность, что Чубарый вывезет. Случалось нам заблудиться. Тогда мы бросали поводья, и он сам находил дорогу.
Мне запомнилось, как мы ездили в Михайловку за картошкой.
Село стояло на горе, и подъем к нему был очень крутой.
Как раз за день перед тем прошел снег с дождем, потом ударил мороз, и была страшная гололедица.
Перед нами ехало еще трое саней, но все они замялись перед подъемом. Лошади наотрез отказывались итти. Делали несколько шагов в гору и потом пятили сани назад.
Мы выскочили вперед:
— А ну-ка, Чубарик!
С торжеством мы увидели, что Чубарый послушно и сильно влег в хомут.
Начали подниматься.