Пересылая эту записку Аносова в Горный департамент, начальник горных заводов Уральского хребта в письме от 18 февраля 1833 года сообщал, что Аносов представил описание и план месторождения и «судя по описанию, открытие сие весьма благонадежно и полезно; расчет же показывает, что казна, заменяя тем камнем английские и косвинские точила, будет сберегать ежегодно 19895 руб. 25 к.» 72.
Предпринятые Аносовым геологические исследования имели не только чисто практические, но и научные цели. И в этом направлении Аносову удалось добиться немалых успехов. Отправлявшиеся ежегодно разведочные партии дали новый богатый материал о строении Уральских гор и богатствах их недр.
По инициативе Аносова в Миассе был создан минералогический музей, ныне ставший центром знаменитого Ильменского заповедника.
В 1834 году Аносов опубликовал второе значительное сочинение — о геогностическом строении гор Златоустовского округа 73. Новое сочинение представляет собой как бы подробную «инвентарную опись» находок разведочных партий.
Как и первый труд Аносова о геогностике Южного Урала, это сочинение насыщено поэтическими описаниями и в то же время строго научно. Вот отрывок из него:
«С вершин гор Ильменских близ грани Кыштымских заводов Златоустовский Урал является в грозном величии. Природа его в сих местах дика и угрюма. Величественные леса мало еще истребленные; прозрачные струи вод, с шумом бегущие по своим круто каменистым днам; уединенно лежащие нагорные озера; бедные кое-где раскинутые юрты полуоседлых башкиров; их невозделанные поля и, наконец, дикие перпендикулярно вздымающиеся сопки Юрмы, Таганая, Урала, Ицыла, Юман-Тюбы, то совершенно голые, то покрытые местами лесом, дают истинное понятие о характере и красотах здешней природы. Рассматривая окрестные местоположения в подробностях, нельзя не заметить изящества форм в частях и чудного их совокупления. Посмотрите на сии обнаженные скалы и длинные полосы зеленеющих лесов; на их разнообразие и переходы, приятно рисующиеся в отдалении».
Далее Аносов рассказывает о своем втором восхождении на Юрму. Этот подъем он начал от деревни Ново-Тагила.
«Задолго до восхождения солнца, — пишет Аносов, — я был разбужен проникшим меня холодом, довольно обыкновенным здесь в июле месяце; но я не жалел о сем. Я видел восхождение солнца во всей красоте сего явления. Восток начинал заниматься. Легкие облака, приятно оттененные яркими цветами, тянулись над ними в виде длинных полос. Формы их были легки и приятны; они уподоблялись тонкой дымке, искусно раскинутой и еще искуснее освещенной. Свет умножался постепенно, предметы начали обозначаться явственными чертами и пурпуровые тени, обхватывая их, казалось, вызывали из сладостного забвения. Бледные звезды исчезали из тверди небесной, и только одна из них горела еще на западе, подобно рубину в венце убегающей ночи.
Восток пламенел как огненное море. Облака покрылись пурпуровым цветом. Яркие лучи распространялись сквозь них более и более по небесному своду: природа была в торжественном ожидании…
Наконец, появился великолепный царь светил, разливая повсюду жизнь и сладостно приветствуя пробужденную им землю.