Молодой Аносов, конечно, знал, что его великий соотечественник Ломоносов впервые применил микроскоп для своих химических занятий. Отправляясь в новый, неизведанный край, Аносов брал с собой микроскоп, намереваясь использовать его как орудие науки, для познания природы.
Покупка микроскопа была не простым делом. Не то, чтобы эти приборы были редкостью. Нет, и в Петербурге и в Москве можно было в любом книжном магазине купить и увеличительные стекла и микроскоп. На Невском находилась большая лавка англичанина Фрэнсиса Моргана, который широко рекламировал в петербургских газетах имевшиеся у него «собственной работы разные инструменты, а именно: телескопы грегорианские и ахроматические, зрительные трубки карманные, подзорные трубы, микроскопы разных сортов, стекла для чтения, очки…» К Моргану и отправились Павел Аносов и его близкий приятель Илья Чайковский, тоже выпускник Горного кадетского корпуса.
Лавочник-англичанин любезно предложил молодым людям разные, богато украшенные микроскопы, но не требовалось большого труда, чтобы за украшениями и фальшивой позолотой рассмотреть крайне низкое качество изделий английского негоцианта.
В книжных магазинах тоже ничего хорошего найти нельзя было — все одни игрушки для праздных людей. Тогда юноши решили обратиться в мастерские Академии наук. Там делали микроскопы, которые были лучше английских и немецких, но частных заказов не принимали. Через смотрителя лаборатории кадетского корпуса Аносову удалось добиться, чтобы для них специально сделали два хороших микроскопа. Изготовили их скоро, да и обошлись они почти вдвое дешевле, чем у Моргана.
И вот уже все готово. В почтовую карету погружен сундук с вещами, ящик с драгоценным микроскопом, книги по горному делу и металлургии, тетради, дневники и списки[4] ранних стихов Пушкина, который окончил Царскосельский лицей в то же лето, что Павел Аносов Горный кадетский корпус.
Почтовая карета неслась по только что открытому шоссе между Петербургом и Москвой. В который раз молодой Аносов передумывал свою столь быстро пролетевшую петербургскую жизнь!
В первые минуты после отъезда тоска сжимала сердце: когда-то он будет еще любоваться Невой, петербургскими дворцами? Окажутся ли там, на Урале, куда он направляется, настоящие друзья, найдет ли он должное приложение своим молодым силам?!
Желание быстрее окунуться в работу было так сильно, что Аносов отказался от искушения задержаться в Москве. Он только побывал на Красной площади, чтобы посмотреть недавно установленный гут памятник двум великим россиянам — Минину и Пожарскому.
И вот Аносов опять продолжает путь на восток. Позади Ока, Волга. Наконец — предгорья Урала.
В Уфе Аносов тоже пробыл всего несколько дней.