Когда же день забрезжит на востоке,
Она уходит, вспугнутая светом,
И влажны у нее глаза и щеки.
CCCXLIV
Быть может, сладкой радостью когда-то
Была любовь,4 хоть не скажу когда;
Теперь, увы! она – моя беда,
Теперь я знаю, чем она чревата.
Подлунной гордость, та, чье имя свято,
Кто ныне там, где свет царит всегда,