Один, роняя слезы, день и ночь
Искал ее на берегу и между
Пустынных берегов – во мраке вод.
И с той поры уста из года в год
О жертве сокрушалися безвинной,
И седина – от песни лебединой.
Так я бродил вдоль берегов любимых
И вместо речи песня раздавалась,
И новый голос милости просил:
Столь нежно петь еще не удавалось