Дождевые, грозовые и снеговые тучи приносятся только юго-западными, западными и северо-западными ветрами. Из других же частей горизонта они никогда не появляются. О направлении влажных ветров можно безошибочно судить по степени выветривания одиноких скал; венчающих открытые со всех сторон горные вершины. Такие скалы я при всяком удобном случае старался тщательно осматривать. Наблюдения этих скал в Кун-луне показали, что западные их склоны выветриваются значительно сильнее, чем остальные: отторженцы, осыпи, выемки, трещины и щели в западных склонах встречаются гораздо чаще, чем в остальных. После западных склонов наиболее подвержены разрушению южные, но не от влажных ветров, а по всей вероятности, от попеременного действия высокой дневной температуры и ночного холода на слагающие их породы.
Пыльные туманы -- весьма обыкновенное явление в Кашгарии. Образование их обусловливается ветрами; а потому ветреные месяцы имеют наибольшее число дней с пыльными туманами. После каждой бури, сопровождающейся всегда столь густой пыльной мглой, что во время нее трудно бывает читать среди дня на дворе, пыльный туман, несмотря на последующую абсолютную тишину, продолжается двое и даже трое суток после шторма. В течение этого времени сверху падает постоянно, но очень медленно, тончайшая минеральная пыль, носившаяся в воздухе. Иногда она покрывает поверхность земли слоем в 2--4 линии толщины, и на этой минеральной пороше явственно отпечатываются следы людей, скота, птиц и диких зверей.
Пыльные туманы сопровождаются всегда облачностью неба, которая увеличивается по мере усиления густоты тумана, и сколько мог я заметить, не предшествует, а следует за пыльной мглой. Как только начнется сгущение пыли, вслед за этим сгущаются и облака, и, наоборот, по мере разрежения пыльного тумана, разрежаются и облака.
Во время густых пыльных туманов солнце бывает видимо только около меридиана в течение не более часа, да и то не всегда. Оно кажется тогда тусклым, бледно-фиолетовым диском, на который можно смотреть без ощущения боли не только простым глазом, но даже в маленькую астрономическую трубу походного инструмента без. цветного стекла позади окуляра. Цвет луны во время пыльных туманов, остается почти неизменным на всех высотах, превосходящих 30°, и только яркость светила значительно уменьшается. Ниже 30° от горизонта луна окрашивается в тусклый багровый цвет.
За неимением точного вертикального круга я, к сожалению, не мог произвести опыта для определения во время пыльного тумана преломления солнечных лучей который меня очень интересовал.
V. Определение скорости распространения звука в разреженном воздухе, на высоте около 13 880 футов над уровнем моря и давлении в 456,8mm
Для производства этого опыта я веял с собой из Петербурга очень хороший хронограф, измерявший с строгою точностью небольшие промежутки времени; затем, в городе Пржевальске, при содействии командира западно-сибирской конно-горной батареи полковника Я. И. Королькова, я приобрел маленькую пушку двухдюймового калибра со станком.
Хронограф, шедший после каждого завода непрерывно всего 1 m и 7 s, был тщательно исследован посредством сравнения со столовым хронометром Tiede, причем между их ходами в течение 1 m не обнаружено из многих наблюдений никакой постоянной разности. Однако из предосторожности я измерял малый промежуток времени между появлением пламени от пушечного выстрела и достижением до уха звуковой волны на разных частях его циферблата. Полученные для этого промежутка величины, впрочем, тоже не показали никакой постоянной разницы между собой, изменяясь в пределах ошибок наблюдений.
Описываемый опыт был произведен мною на Тибетском нагорье, к северу от озера Даши-куль, на обширной щебневатой равнине, лежащей на высоте около 13 880 футов над уровнем моря. На северном конце базиса, измеренного на этой равнине два раза шнуром для проложения небольшой тригонометрической сети, был насыпан из земли маленький курган и на вершине его поставлена пушка, обращенная жерлом к другому -- южному концу базиса. Позади орудия стоял кол, к которому был прикреплен немного выше вершины холма фонарь с плоско-выпуклым стеклом, испускавший свет по линии базиса. Ровно в 1 598 саженях от дула орудия, на южном конце базиса, накопился большой сундук, на котором стоял кипрегель. В трубу его, наведенную в темноте при посредстве фонаря на пушку, и наблюдая появление пламени из ее жерла.
Выстрелы, под наблюдением моего помощника П. К. Козлова, производились аккуратно с 9 h 30 m вечера через каждые 5 m до 10 h 25 m. Перед наступлением условного времени я тщательно отсчитывал показание стрелки хронографа и затем, наложив палец на его спуск, ожидал появления в трубе из дула пушки пламени, которое представлялось на одно мгновение в виде маленького светлого диска с лучами. В момент появления его я спускал хронограф и при первом дошедшем до слуха звуке выстрела останавливал.