Здесь же следует сказать несколько слов о транскрипции самого названия Куньлунь. В книге мы сохранили принятое Певцовым в первом издании написание -- Кун-лунь. На современных картах более всего распространено Куэнь-лунь, совершенно неоправданно взятое с западноевропейского Kwen-lun. Генетически правильной является транскрипция -- Кунь-лунь с китайского
-- Гунь-лунь-шань.
15. Эта дорога на карте Певцова не обозначена.
16. Позднейшие исследования других путешественняков доказали справедливость сведений, сообщаемых Певцовым о существовании в Такла-макане развалин древних городов. Причину гибели культурных поселений в ныне пустынных пространствах Центральной Азии некоторые географы (Е. Гетивгтон) пытались объяснить непрогрессивным усыханием, продолжающимся, по их мнению, и ныне. В настоящее время советские ученые-географы, и о первую очередь академик Л. С. Берг, опровергли эту неверную теорию.
Развалины в Такла-макан принадлежат городам, которые были покинуты населением либо в результате войн, либо вследствие перемены рекой, питавшей эти оазисы, своего русла.
Реки низменностей Центральной Азии при возникновении на их пути даже незначительных препятствий легко меняют свои русла, в связи с чем они и получили в науке название "блуждающих".
17. H. M. Пржевальский, посетивший Хотанский оазис в 1885 г., определил количество его населения в 300 тыс. человек. Приведем здесь очень любопытные рассуждения путешественника, на основании которых он получил указанную и, очевидно, более правильную, чем у Певцова, цифру.
"Площадь всего Хотанского оазиса от реки Кара-су на востоке до Зава-кургана на западе можно приблизительно положить до 600 кв. верст, следовательно около 60 тыс. наших десятин земли. Если из этого числа вычесть на пустыри и площади, занятые городами, то в остатке получится 50 тыс. десятин культивированной почвы. Теперь нужно знать, что население о описываемом оазисе скучено до крайности. Средний посев каждой семьи, кроме немногих богатых, туземцы определяли нам в 5 чарыков хлеба, т. е. менее нашей полудесятины (жатва двойная, урожай очень хороший); столько же можно положить на саклю и сад. По этому расчету круглым числом в Хотане приходится на семью не более как по одной десятине земли. Тогда на всей площади оазиса получим 50 тыс. семейств; к ним нужно прибавить (уменьшенные против показаний туземцев цифры) 5 тыс. семейств безземельных, живущих в работниках, и 10 тыс. семейств -- приблизительное население трех городов. В общем итоге получится 65 тыс. семейств. Если же положить по 1 1/2 десятины земли на семью каждого земледельца, то выйдет немного более 33 тысяч семейств деревенского населения, а с прибавкой сюда же 15 тыс. семейств безземельных рабочих и населения городов -- в итоге будем иметь 48 тыс. семейств. Взявши среднюю цифру из обоих выводов, получим 56 тыс. семейств. Теперь, если на каждую семью положить по шести душ, то окажется 336 тыс.; если же по пяти -- тогда будет 280 тыс. Средняя из обоих цифр даст с небольшим 300 тыс. душ обоего пола -- как наиболее вероятное (за неимением лучших данных) количество населения для всего Хотанского оазиса" {Н. М. Пржевальский. От Кяхты на истоки Желтой реки. Географгиз, М., 1948, стр. 303.}.
Сам же Пржевальский указывает, что скученность населения и крайняя его бедность создали предпосылки для необычайной дешевизны рабочих рук в Хотанском оазисе. "Обыденная плата годовому рабочему на готовом содержании всего 32 теньги, т. е. 3 р. 20 к. на наши деньги; женщины же идут в работницы из-за куска хлеба и одежды. Продажа в рабство, как нам говорили, практикуется в довольно больших размерах. Покупают детей у бедных более достаточные из туземцев, кроме того приезжие купцы и китайцы".