— Синьорина чувствует себя прекрасно, — ответил Гори, в упор глядя на него. — Имею честь сообщить вам, господа, что мне удалось ее убедить. Она согласилась взять себя в руки. Мы все в сборе. Все готово. Нужно только — не перебивайте меня! — нужно только, чтобы кто–нибудь из вас... вот, например, вы (обратился он к одному из гостей) взял на себя труд отправиться в мэрию и предупредить, что...
Ему не дали договорить. Как можно? Какой скандал! Это немыслимо!
— Дайте мне объяснить! — крикнул Он, заглушая хор протестов. — Зачем откладывать? Ведь препятствием был траур невесты? Но если сама невеста...
— Не позволю! — крикнула старуха. — Не допущу, чтобы мой сын...
— Исполнил свой долг и сделал доброе дело? — перебил ее синьор Гори.
Карло Мигри выступил на защиту матери.
— По какому праву вы вмешиваетесь? — спросил он, с трудом сдерживая гнев.
— Я вмешиваюсь в это дело потому, что считаю вас порядочным человеком, дорогой синьор Грими...
— Мигри!
— Мигри, Мигри, и поймите, что не подобает пользоваться этим внезапным несчастьем. Мы не должны поддаваться удару судьбы, постигшему несчастную девушку. Наш долг — спасти ее. Разве мы можем бросить ее так, одну, беспомощную, без работы? Нет. Свадьба состоится, несмотря на несчастье и несмотря на... простите!