- Не знаю, как вы, а я с вами говорю просто, - проговорил Мановский.
- Прекратите, бога ради, господа, этот неприятный для меня разговор, сказала Клеопатра Николаевна.
- А мне кажется, он должен приятно щекотать ваше самолюбие. Вам принадлежат нравственно все, а вы - никому! - возразил, с ударением на последние слова, Эльчанинов.
Вдова не на шутку обиделась; но в это время кончился ужин.
- Покойной ночи, господа, - сказала она, вставая из-за стола. - Я прошу вас переночевать вместе, в кабинете моего покойного мужа.
Эльчанинов очень хорошо заметил, что при этих словах Мановский нахмурился. Оба они подошли к руке хозяйки.
- Вы ужасный человек; я на вас сердита, - сказала она шепотом Эльчанинову.
- Что для вас значит этот человек? - спросил он тихо.
- Многое!..
Вдова ушла.