Мямлин. Дяде очень это будет приятно!.. Очень!... Выходим мы с ним тогда от Владимира Иваныча, он мне и говорит: "Зачем вы так Алексея Николаича хвалили Владимиру Иванычу? Ему это очень было неприятно: он весь даже краснел со злости!" Я так себя по лбу и ударил: "Ну, думаю, будет мне за это отплата!" И действительно: на другой же день насказал на меня графу...
Ольга Петровна. А сколько самому Алексею Николаичу он, по своей зависти, делал неприятностей.
Князь Янтарный. Алексею Николаичу даже!
Ольга Петровна. Да, как же! Все эти газетные статьи против Алексея Николаича были писаны под диктовку господина Вуланда.
Князь Янтарный. О, какая низость это с его стороны!
Ольга Петровна. Он и госпожа Сонина, бывший предмет страсти моего супруга, - творцы их.
Князь Янтарный и Мямлин, как следует хорошим подчиненным, потупляют при этом глаза свои.
И можете себе представить, что могут изобресть и как наклеветать завидующий друг и ревнующая женщина!
Князь Янтарный (поднимая с грустью глаза к небу). Воображаю!
Мямлин. Дьявол это речет в них и говорит их устами.