- Господи помилуй! - произнес полковник.
- Ужасно! - подтвердила и m-lle Прыхина. У них в городе никаких вольтижеров не было и никто себе не раскраивал головы. Это все она выдумала, чтоб только заинтересовать полковника.
- А то знаете еще что, - продолжала она, расходившись, - у папаши работал плотник и какой ведь неосторожный народ! - рубил да топором себе все четыре пальца и отрубил; так и валяются пальцы-то в песке! Я сама видела.
- Что такое? - произнес полковник, начинавший уже недоумевать.
- А то у священника у нашего соборного, вы слышали, утонули два сына...
- Да, слышал; но ведь это - года три тому назад.
- Может быть, но вообразите себе: их вынули из воды и видят, что они, мертвые-то, целуются друг с другом.
- Как целуются? - спросил с удивлением полковник:
- Ах, нет! Что я, тьфу! - обнимаются, - поправилась m-lle Прыхина.
Полковник наконец понял, что все это она ему врала, но так как он терпеть не мог всякой лжи, то очень был рад, когда их позвали обедать и дали ему возможность отделаться от своей собеседницы. За обедом, впрочем, его вздумала также занять и m-me Фатеева, но только сделала это гораздо поумнее, чем m-lle Прыхина.