- Я скажу этому купчишке, чтоб он дал вам под заемное письмо за порядочные проценты этого мышьяку, чернильных орешков, а вы и сбывайте это тоже понемногу; вам, конечно, при вашей семейной жизни надобны не все деньги вдруг.
Павел не знал, смеется ли над ним Салов или нет, но, взглянув ему в лицо, увидел, что он говорит совершенно искренно.
- Нет-с, в этой форме я не желаю делать займа, - сказал он.
- Эх, mon cher, мало ли в какой форме придется в жизни сделать заем... Я раз, честью моей заверяю, заем делал во французском магазине перчатками... Возьму в долг пару перчаток за полтора рубля серебром, а за целковый их продаю; тем целый месяц и жил, уверяю вас!
- Вы человек особенный, - сказал ему Павел.
- Я человек коммерческий, - произнес насмешливым голосом Салов.
Вихрову стало уже невыносимо слушать его болтовню.
- Итак, вы решительно не можете достать мне денег? - спросил он.
- Решительно! - проговорил Салов.
Павел поклонился и пошел было.