- Но вы все-таки, однако, хорошеете - уверяю вас! Что значит интеллектуальная-то красота!
- Ну, очень рада, что тебе так кажется, - отвечала Мари, еще более покраснев. - А здесь ужас что такое происходит, какой-то террор над городом. Ты слышал что-нибудь?
- Ничего не слыхал, - отвечал Вихров совершенно беспечно.
- Открыли там какое-то общество Петрашевского[90], все молодежь, пересажали всех в крепость; тебе тоже, говорят, маленькая неприятность выходит.
- Мне? - спросил Вихров, недоумевая решительно, какая ему может быть неприятность.
- Да, но, вероятно, это какие-нибудь пустяки. Мне рассказывали, что сочинения твои секвестрованы, их рассматривали, судили, и за тобой послан фельдъегерь!
- Черт знает что такое! - произнес Вихров уже несколько и сконфуженный всеми этими подробностями.
- Тебе надобно ехать к кому-нибудь и узнать поподробнее, - продолжала Мари.
- К кому же мне ехать, я совершенно не знаю! В редакцию, что ли?
- Ах, нет! Там, говорят, так за себя перетрусились, что им ни до кого!