"Как свинья был, так свиньей и остался", - подумал Вихров.
Через несколько времени, впрочем, тот же солдат позвал его:
- Пожалуйте!
Он застал Плавина в новеньком, с иголочки, вицмундире, с крестом на шее, сидящего за средним столом; длинные бакенбарды его были расчесаны до последнего волоска; на длинных пальцах были отпущены длинные ногти; часы с какой-то необыкновенной уж цепочкой и с какими-то необыкновенными прицепляемыми к ней брелоками.
- Здравствуйте, Вихров! - говорил он, привставая и осматривая Вихрова с головы до ног: щеголеватая и несколько артистическая наружность моего героя, кажется, понравилась Плавину. - Что вы, деревенский житель, проприетер[92], богач? - говорил он, пододвигая стул Вихрову, сам садясь и прося и его то же сделать.
Он еще прежде слышал о полученном Вихровым наследстве и о значительной покупке, сделанной его отцом.
- Проприетер и богач! - отвечал Вихров. - Только в России независимость состояния вовсе не есть полная независимость человека от всего; не мытьем, так катаньем допекут, и я только совершенно случайно приехал сюда, в Петербург, сам, а не привезен фельдъегерем!
- Как, что такое? - спросил удивленный Плавин.
- Сейчас расскажу... Прежде едино слово об вас... Вы уже вице-директор?
- Да! - отвечал Плавин совершенно покойно.