- Но, может быть, тут никого и не было, - сказал ему Вихров.
- Как никого не было? Были! - возразил стряпчий.
В это время вошел в моленную и сам Иван Кононов, высокий, худощавый, с длинной полуседой бородой старик. Он не поклонился и не поздоровался со своими ночными посетителями, а молча встал у притолка, как бы ожидая, что его или спросят о чем-нибудь, или прикажут ему что-нибудь.
- Куда это прихожан-то своих спрятал? - спросил его Миротворский.
- Никого я не спрятал, - отвечал Иван Кононов, с какой-то ненавистью взглянув на Миротворского: они старые были знакомые и знали друг друга.
- Что же, разве сегодня службы не было? - продолжал тот.
- Кому служить-то?.. - отвечал Иван Кононов опять как-то односложно: он знал, что с господами чиновниками разговаривать много не следует и проговариваться не надо.
- Ты отслужишь за попа, - заметил Миротворский.
- Нет, я не поп! - отвечал уже с усмешкой Иван Кононов.
- Так, значит-с, мы в осмотре напишем, что нашли раскиданными по иолу подлобники! - И Миротворский указал Вихрову на лежащие тут и там небольшие стеганые ситцевые подушки. - Это вот сейчас видно, что они молились тут и булдыхались в них своими головами.