- Что ж она, рассорилась, что ли, с Фатеевой?.. - спросил он с небольшой краской в лице и держа глаза несколько потупленными.
- Нет, но Катишь возмутилась против ее поступков. Вы знаете, она ведь этакая поэтическая девушка.
- А что же Фатеева, все доктора любит? - продолжал расспрашивать Вихров, держа по-прежнему глаза опущенными в землю.
- Нет, тот женился уж!.. Теперь, говорят, другой или третий даже; впрочем, я не знаю этого подробно, - прибавила Юлия, как бы спохватившись, что девушке не совсем идет говорить о подобных вещах.
- А что, скажите, Кергель и Живин? - спросил Вихров.
- Кергель продолжает писать стихи, а Живин, как вы уехали, заперся дома, никуда не показывается и все, говорят, скучает об вас.
- Какой отличный человек!
- Отличный; знаете, как у Жорж Занд этот Жак[97] - простой, честный, умный, добрый; я, не знаю почему, всегда его себе Жаком воображаю.
- Удобный муж, значит, из него будет.
- Вероятно; но я, впрочем, никогда бы не желала иметь удобного только мужа.