"До сведения моего дошло, что в деревне Вытегре крестьянин Парфен Ермолаев убил жену, и преступление это местною полициею совершенно закрыто, а потому предписываю вашему высокоблагородию немедленно отправиться в деревню Вытегру и произвести строжайшее о том исследование. Дело сие передано уже на рассмотрение уездного суда".
Вихрову в этом поручении, сверх того, было приятно и то, что он тут будет иметь дело с убийцею и станет открывать пролитую кровь человеческую. Он в тот же вечер пошел к Захаревским, которых застал всех в сборе, и рассказал им о своем отъезде. Известие это, видимо, очень испугало и огорчило Юлию.
- Но долго ли же вы пробудете на этом деле? - спросила она.
- Не знаю, пожалуй, и месяц провозишься! - отвечал Вихров.
- Как месяц!.. - почти воскликнула Юлия. - Неужели же вы не можете поспешить и раньше вернуться?
- Вряд ли!.. - отвечал ей Вихров довольно равнодушно.
Юлия после этого стала как опущенная в воду; прокурор тоже выглядел как-то еще солиднее; даже беспечный инженер был явно мрачен и все кусал себе ногти. Разговор тянулся вяло.
- Вы мне, значит, и не дочитаете вашей повести, - говорила Юлия.
- Нет, не дочитаю, - отвечал Вихров.
- Дайте же мне ее, по крайней мере, я сама ее дочту.