- Да хоть голову сломить, а ехать надо! - сказал ему Вихров.
- Зачем голову ломать, бог даст, доедем и так, - отвечал кучер.
Он был довольно еще молодой малый и, по кучерской тогдашней моде, с усами, но без бороды.
Нежнолюбивая мать Мелкова держала для сына крепкий экипаж и хороших лошадей и еще более того беспокоилась, чтобы кучер был у него не пьяница, умел бы ездить и не выпрокинул бы как-нибудь барчика, - и кучер, в самом деле, был отличный.
- Хорошо, что я фонарь с собой захватил, а то тут будет Федюкинская гора, - говорил он, едучи шагом.
Впереди почти уж ничего было не видать.
- Что же, она опасна, что ли? - спросил Вихров.
- Днем-то ничего, а теперь тоже ночь, - отвечал кучер, - одна-то сторона у нее, - косогор, а с другой-то - овраг; маленько не потрафишь, пожалуй, и слетишь в него.
- Так как же мы проедем?
- Я фонарь засвечу и пойду около оврага, а вы шажком и поезжайте.