Между тем бульвар кончался.
- Нам пора!.. Поедемте!.. Мамаша, я думаю, давно нас ждет! проговорила Сусанна.
- Пора, пора! - согласился Егор Егорыч. - Прощайте, капитан! присовокупил он, протягивая тому почти дружески руку.
- Я бы бесконечно был счастлив, если бы вы позволили мне явиться к вам! - сказал Аггей Никитич.
- Теперь некогда, я сегодня уезжаю в Петербург, но когда потом, я буду в Москве, то повидаюсь с вами непременно! - бормотал Егор Егорыч.
При этих словах его Сусанна сильно вспыхнула в лице.
- В таком случае, позвольте мне, по крайней мере, к вашей матушке являться! - обратился к ней капитан, слегка приподнимая эполеты и кланяясь.
- И к ним нельзя!.. - подхватил Егор Егорыч. - Ее старшая сестра, Людмила Николаевна, больна, заболела!
- Больна?.. Заболела? - переспросил капитан, никак не ожидавший получить такое известие.
- Очень! - повторил Егор Егорыч и, сев с Сусанной в фаэтон, скоро совсем скрылся из глаз капитана, который остался на бульваре весьма опечаленный прежде всего, разумеется, вестью о болезни Людмилы, а потом и тем, что, вследствие этого, ему нельзя было являться к Рыжовым.