- Вот Михаил Михайлыч так сейчас видно, что человек государственный, умнейший и гениальный! Это, извините вы меня, не то, что ваш князь.
- Вы как узнали ум князя?.. В двадцать минут успели это изведать?.. оборвал его Егор Егорыч.
- Конечно, что вполне я узнать не мог, - уступил Петр Григорьич и потом, будто бы к слову, присовокупил заискивающим голосом:
- А что, Егор Егорыч, я давно хотел вас попросить об одной вещи: не можете ли вы замолвить за меня словцо Михаилу Михайлычу и министру внутренних дел, - который, конечно, так же вас уважает, как и весь Петербург, - чтобы, когда участь нашего губернатора будет окончательно решена, то на место его назначить меня?
- Вас? - крикнул Егор Егорыч, как будто бы кто его кольнул чем-то. - Но зачем?.. Зачем?..
Такой вопрос немножко смутил Крапчика.
- Затем, что я буду полезен губернии более, чем всякий другой губернатор, - проговорил он.
- Но вам нельзя дать этого места!.. Вам стыдно просить этого места!.. Вы изобличали губернатора (заявлением своего последнего желания Петр Григорьич мгновенно сделался понятен Егору Егорычу в своих происках против губернатора)... Вы, значит, хлопотали не для губернии, а для себя... Вы себе расчищали дорожку!..
Петр Григорьич сделал вид, что он обиделся.
- Нет, я не расчищал в этом случае дорожки для себя, потому что готов быть губернатором и в другой губернии.