- Вот здесь, у Егора Егорыча, в Кузьмищеве! - объяснила Сусанна, покраснев в лице.
- Он вам сам показывал их? - продолжала gnadige Frau с прежним недоумением.
- Нет, - отвечала Сусанна, - но мы в тот год целое лето гостили у него, а покойная сестра Людмила была ужасная шалунья, и он с ней был всегда очень откровенен, - она меня тихонько провела в его комнату и вынула из его стола какой-то точно передник, белый-пребелый!..
- Это запон! - поясняла ей gnadige Frau. - Он из твердой замши делается и действительно всегда очень бел, в знак того, что всякий масон должен быть тверд, постоянен и чист!..
- Но потом Людмила мне гораздо уже позже показывала белые женские перчатки, которые Егор Егорыч ей подарил и которые тоже были масонские.
- Стало быть, он сватался к ней? - воскликнула gnadige Frau.
- Да, - отвечала Сусанна, потупляя глаза, - он ее очень любил!..
- А она? - спросила gnadige Frau.
- Нет, она его уважала, но любила другого! - объяснила Сусанна и поспешила переменить тяжелый для нее, по семейным воспоминаниям, разговор. И этим кончилось ваше посвящение?
- Почти, - сказала gnadige Frau, - потому что потом мне стали толковать символические изображения ковра, который, впрочем, у масонов считается очень многознаменательною вещью.