- Способ для этого такой: чтобы дали мне Владимира хоть третьей степени, - толковал ему Тулузов.
- Конечно, конечно! - соглашался Иван Петрович.
- Я бы попросил вас записать о моем желании! - добавил Тулузов.
- Сию же секунду! - говорил Иван Петрович, торопливо записывая в свою памятную книжку желание Тулузова.
- А кому деньги прикажете мне представить? - спросил тот.
- Мне, если только доверяете! - сказал Иван Петрович.
- О, помилуйте, ваше превосходительство!.. - подхватил Тулузов, хотя и знал, что Артасьев был только еще статский советник, и потом, вынув из кармана безыменный билет, на котором внушительно красовалась цифра: тридцать тысяч, почтительно подал его Ивану Петровичу.
- Святые эти денежки, святые! - говорил тот, смотря на билет. - Кто внушил вам эту благую мысль, я не знаю!
- Собственное мое сердце, ваше превосходительство: я сам вышел из людей бедных и знаю, что образование нам необходимее даже, чем богатым людям, и если на мои деньги хоть десять мальчиков получат воспитание, так бог и за то меня вознаградит.
- Сторицею вознаградит и еще более изольет на вас благодати, которую вы и без того уже издавна в душе вашей имели!