- Я вообще дурно играю! - отозвался тот, силясь улыбнуться.
- В таком случае, остерегитесь: Михайло Сергеич отличный игрок! продолжал сенатор, разумея под этим именем своего правителя дел, с которым губернатор играл в пикет.
- Какой я нынче, ваше сиятельство, игрок, особенно в пикет! Со службой совсем разучился! - отвечал правитель дел, сухопарый, или, точнее сказать, какой-то даже оглоданный петербургский чиновник, с расчесанными бакенбардами, с старательно вычищенными ногтями, в нескольких фуфайках и сверх их в щегольском белье.
Фамилия его была Звездкин, а чин - действительный статский советник. В петербургском чиновничьем мире он слыл за великого дельца, но вместе с тем и за великого плута. Его нарочно подсунули из министерства графу Эдлерсу, так как всем почти было известно, что почтенный сенатор гораздо более любит увлекаться вихрем светских удовольствий, чем скучными обязанностями службы; вследствие всего этого можно было подозревать, что губернатор вряд ли не нарочно старался играть рассеянно: в его прямых расчетах было проигрывать правителю дел!
Посмотрев еще несколько времени на игру, граф пошел далее в следующую большую гостиную. Хозяин дома, бывший, должно быть, несмотря на свою грубоватую наружность, человеком весьма хитрым и наблюдательным и, по-видимому, старавшийся не терять графа из виду, поспешил, будто бы совершенно случайно, в сопровождений даже ничего этого не подозревавшего Марфина, перейти из залы в маленькую гостиную, из которой очень хорошо можно было усмотреть, что граф не остановился в большой гостиной, исключительно наполненной самыми почтенными и пожилыми дамами, а направился в боскетную, где и уселся в совершенно уединенном уголку возле m-me Клавской, точно из-под земли тут выросшей.
- Опять уж парочкой! - шепнул предводитель Марфину.
- О, дурак, старый развратник! - пробормотал тот с досадой и с презрением.
- Да! - протянул предводитель. - Не такого бы по нашим делам нам надобно прислать сенатора.
В ответ на это Марфин пожал плечами и сделал из лица мину, как бы говорившую: "Но где ж их взять, когда других и нет?"
- Но скажите, по крайней мере, - не отставал от него предводитель, - не привезли ли вы каких-нибудь известий о нашем главном деле?