- Что же это, вопросные пункты, что ли, для меня? - продолжал явно озлобленным тоном Крапчик.
- О нет, mon cher!.. Comment vous pouvez croire cela!..[153] - воскликнул сенатор, вовсе не подозревая, что Крапчик ни одного звука не понимал по-французски.
Звездкин, стоявший невдалеке от сенатора, поспешил подойти к нему и вмешался в разговор.
- Графу нужно знать ваше мнение по поводу этого прошения, - сказал он.
- Но в прошении упомянуто этим - извините вы меня - мерзавцем хлыстом и об архиерее здешнем!.. И у того, может быть, вы будете спрашивать мнения? проговорил не без насмешки Крапчик и вместе с тем кидая сердитые взгляды на правителя дел.
- И преосвященного спросим, - отвечал тот совершенно спокойно и с явным сознанием своего достоинства.
Сенатору наскучило слушать их служебные препирания, и он с ласковой улыбкой стал оглядывать прочее общество.
Катрин между тем, заметив Ченцова, поспешно и с радостным лицом устремилась к нему.
- Вы, надеюсь, танцуете со мной? - сказала она.
- Танцую!.. - произнес протяжно и как бы нехотя Ченцов.