Бегушев слушал Янсутского с каким-то мрачным вниманием.
- Без лести можно сказать, - продолжал тот с чувством, - не этакого бы человека любви была достойна эта женщина... Когда я ей сказал, что, может быть, будете и вы, она говорит: "Ах, я очень рада! Скажите Александру Ивановичу, чтобы он непременно приехал".
- Я буду-с, - произнес с тем же мрачным видом Бегушев.
- Ваше превосходительство, - отнесся уже к Тюменеву Янсутский и вставая при этом на ноги, - я осмелился бы покорнейше просить и вас посетить меня.
- Благодарю вас, но я в этот день думаю уехать из Москвы.
- Но день можно переменить; я именины могу раньше отпраздновать! подхватил Янсутский.
- Ах, нет, пожалуйста, я вовсе не желаю вас так стеснять, - проговорил Тюменев, несколько сконфуженный и удивленный такою смешною угодливостью от человека, которому он сейчас только говорил колкости.
- Что за вздор: уедешь! - вмешался Бегушев. - Оставайся до четверга, и поедем!
- Ты желаешь этого? - спросил Тюменев.
- Очень; я тебя, кстати, познакомлю тут с Домной Осиповной, - отвечал Бегушев.